Какая разница между химиотерапией в Израиле и в странах СНГ?

Здоровье

Международный многопрофильный медицинский центр (Хайфа, Израиль)

Чем отличается химиотерапия в Израиле от стран СНГ?

Казалось бы, какая разница, где пройти химиотерапию: в странах СНГ или в Израиле. Поскольку названия препаратов и производителей совпадают, обыватель считает, что он далек от медицины, эффект от их применения будет таким же.

Стоит отправиться за тысячи миль в далекую страну, если вы можете пройти курс лечения в местной больнице. Давайте взглянем на ряд вопросов:

Запрос:

Значение слова «протокол» можно объяснить как единицу требований, на основании которых онкологи мирового медицинского сообщества при внедрении протоколов в практику дают свое профессиональное согласие.

именно этот международный консенсус подтверждает, что используемые в них методы лечения были тщательно протестированы в течение многих лет в клинических исследованиях, подтверждая их высокий терапевтический эффект.

Протокол основан на хорошо разработанных схемах, в которых подробно описаны типы тестов, необходимых при подозрении на определенный тип рака, предложены средства его лечения и способы реагирования на динамику заболевания.

здесь важно понимать, что сам протокол сочетает в себе широкий спектр современных методов клинической онкологии: фармакологические препараты, лучевую терапию, хирургические процедуры и поддерживающее лечение.

: Благодаря интенсивной исследовательской деятельности в области рака, они постоянно развиваются.

Разработка операционных алгоритмов лечения онкологических заболеваний – это живой процесс, направленный на улучшение положительной реакции пациентов на терапию и снижение побочных эффектов. Так достигается щадящая и безошибочная стратегия лечения.

Запрос:

Мы исходим из того, что в Израиле существуют протоколы лечения, которые строго соблюдаются всеми специалистами.

Более того, эффективность протоколов, рекомендованных израильскими врачами своим пациентам, доказана не только в клинических исследованиях, но и на практике.

именно этот факт является главным подтверждением того, что эти протоколы действительно работают и в настоящее время нет других способов подтвердить эффективность препарата.

Учитывая форму рака, врачи могут назначить пациенту как монотерапию, так и комбинированное лечение.

Исходя из этого, они могут использовать химиотерапевтический препарат, или комбинацию химиотерапии с биологическим лечением, или монотерапию, основанную на лечении иммунной системой, или комбинацию препаратов этой группы.

Действительно, существует множество вариаций и комбинаций, и медикаментозное лечение рака не всегда ограничивается только курсами химиотерапии.

В Израиле протокол лечения для каждого пациента подбирается только индивидуально, исходя из критериев, включающих тип и характеристики опухоли, а также результаты генетических тестов. Именно эта информация влияет на выбор группы препарата и его дозировку.

Доза рассчитывается различными способами: исходя из веса пациента, площади тела или функции его почек. Это напрямую связано с механизмом действия антиканцерогенных препаратов.

Еще один важный момент – раствор, в котором разводится лекарство. Если решение неверно, лекарство может вести себя непредсказуемо, превратившись из спасающего жизнь терапевтического средства в высокотоксичное вещество.

Поэтому необходимо придерживаться каждой буквы, каждой запятой или единицы измерения, прописанной в протоколе.

Израильские врачи осознают, что малейшая неточность (например, отклонение от четко установленной скорости или времени приема препарата в организм) может мгновенно превратить положительный эффект в деструктивный.

Продуманная до мельчайших деталей программа не терпит субъективных интерпретаций и является основой международных протоколов, которым израильские онкологи безупречно следуют при лечении рака.

Но в России, к сожалению, выбор протокола больше похож на использование индивидуальных методик, выбранных случайным образом, когда каждый врач интерпретирует терапевтические алгоритмы по своему усмотрению.

Читайте также:  Факторы повышенного риска заболевания туберкулезом

Запрос:

Анализируя механизм и нюансы развития болезни, наши ученые смогли обнаружить, что действительно существуют различные характеристики не только для каждого типа рака, но и для отдельной опухоли.

Даже если рак присутствует в одном органе, существуют подтипы рака, которые ведут себя по-разному. Другими словами, например, рак желудка у двух пациентов можно лечить совершенно разными методами и протоколами.

Следует знать, что сама опухоль – это не статическое образование раковых клеток, а активная развивающаяся система.

Исходя из этого, характеристики опухоли могут изменяться как до, так и после лечения, а ее метастазы существенно отличаются от первичной опухоли как по морфологии, так и по метаболизму и структуре самозащиты.

Еще совсем недавно большинство методов лечения различных форм рака носили именно «статистический» характер, когда пациенту назначали лечение без предварительной «подгонки» препаратов для каждого пациента и без прогнозирования действия лекарств, соответствующих конкретному пациенту данный случай.

Запрос:

Протокол – это протокол, но мы не должны забывать еще один фактор, помогающий получить максимальный терапевтический эффект: это степень сотрудничества между пациентом и лечащим врачом.

Бывают ситуации, когда человек, столкнувшись со страшным диагнозом, вынужден отказаться от лечения.

Дело в том, что у всех пациентов разная переносимость препаратов. И неудивительно, что человек, страдающий непрекращающейся рвотой, диареей или болезненными язвами, решает прекратить прием лекарств.

Один из основных принципов работы израильских онкологов – именно максимально учесть реакцию отдельного пациента на фармакологическое средство и предотвратить возникновение нежелательных побочных эффектов.

Мы в Израиле проводим специальную подготовку пациентов перед химиотерапией, что является одним из важных факторов на пути к достижению запланированного результата.

Сегодня израильским специалистам доступны самые эффективные препараты, которые используются для уменьшения нежелательной реакции на действие противоопухолевых препаратов.

Предварительный прием и назначение специальных препаратов во время курса химиотерапии позволяет врачам нейтрализовать возможные осложнения.

Еще одно частое осложнение химиотерапии – подавление костного мозга.

Вот почему врач должен обладать безупречными профессиональными навыками и знаниями, чтобы со временем остановить развитие нейтропении (снижение уровня лейкоцитов, ответственных за иммунную систему) или тромбоцитопении (снижение уровня тромбоцитов).

Чтобы предотвратить развитие серьезных инфекций, израильские специалисты назначают специальные инъекции, которые вводятся после химиотерапии.

В данном случае это колониестимулирующие факторы, которые вызывают образование моноцитов и нейтрофилов в костном мозге.

К сожалению, по наблюдениям израильских врачей, их коллеги из бывшего СССР (мягко говоря) не решают эти проблемы достаточно корректно: вводят факторы до начала лечения (!!!), чисто «косметически» улучшая самочувствие результаты лейкоцитарного спектра, но без восстановления функции костного мозга.

Пытаясь пройти курс химиотерапии, российские врачи не дают организму восстановиться, чтобы принять следующий курс.

В отличие от коллег из бывшего Советского Союза, израильские специалисты никуда не торопятся, точно зная, когда, как и в какой степени реагировать, чтобы справиться с побочными эффектами химиотерапии и при этом достичь намеченной терапевтической цели.

Мы еще раз подчеркиваем, что их знания и действия строго основаны на международных протоколах поддерживающей терапии.

Запрос:

Работая с пациентами из России и других республик бывшего СССР, израильские онкологи с грустью заявляют, что «там» до сих пор используют устаревшие алгоритмы лечения, принятые 10 лет назад.  

Читайте также:  Причины и последствия внематочной беременности. Как вовремя ее распознать?

Также в заключениях российских врачей есть терапевтические подходы, которые применялись в Израиле 20 лет назад.

Довольно часто устаревшие и потому неэффективные на сегодняшний день протоколы используются при лечении рака груди и легких.

Изучая полученные из России эпикризы, мы часто видим в них несуществующие диагнозы типа «центральный периферический рак легкого».

Фактически, существует множество типов и подтипов рака легких, каждый из которых лечится в соответствии с определенным алгоритмом, основанным на характеристиках и мутациях конкретной опухоли.

Такой подход к лечению называется персонализированной медициной, которая помогает израильским врачам продлевать жизнь своих пациентов на многие годы.

Иногда наши русскоязычные коллеги проводят абсолютно бессмысленные операции, никак не влияющие на прогнозы. То же самое и с раком груди.

По неизвестной причине сначала удаляется новообразование, а уже потом проводится тщательное исследование, после которого при обнаружении метастазов назначается системное лечение.

Между тем, согласно протоколу, удаление первичного очага при запущенном заболевании допустимо только в случаях рака яичка и рака почки.

Создается впечатление, что время остановилось для российской медицины и, прежде всего, для пациентов, в лечении которых за последние 10-20 лет ничего не изменилось.

Ничто не может оправдать ненужную операцию и страдания пациента, поскольку такие операции сдвигают сроки эффективного лечения, задерживая выздоровление.

Запрос:

Конечно, такая возможность есть. Израильские онкологи охотно идут на встречу со своими пациентами, позволяя им пройти курс противоопухолевой лекарственной терапии в стране их происхождения, тщательно прописывая протоколы лечения и поддерживающую терапию.

Однако даже в этих случаях нет гарантии, что местные врачи примут помощь и советы своих израильских коллег. Очень часто они регулируют международные алгоритмы.

Мы обеспокоены тем, что в конце курса лечения у пациентов, возвращающихся в Израиль для наблюдения, наблюдается явное отсутствие эффекта.

В разговоре с пациентами выясняется, что вместо препарата, указанного в протоколе, вводили совсем другой препарат. Иногда пациент говорит о совершенно ином цвете препарата или об отсутствии каких-либо побочных эффектов, сопровождающих прием этого препарата.

Были случаи, когда пациенты возвращались без признаков выпадения волос, хотя во время химиотерапии наблюдается почти стопроцентное облысение.

Возникает вполне естественный вопрос, получали ли они химиотерапию. Иногда пациенты сообщают, что вместо 46 часов препарат был введен на 12 часов раньше или наоборот.

В качестве еще одного примера вольного «толкования» международных протоколов онкологами стран СНГ можно привести пример молодой россиянки, которая без предварительного обследования перенесла мастэктомию (полное удаление груди) и только через некоторое время ее подвергли ПЭТ-исследованию, которое выявило метастазы в костях. 

Это означает, что операция в его случае не только бессмысленна, но и разрушительна.

Это лишний раз подтверждает бессмысленность операции и необоснованность замены одной лечебной процедуры на другую. У женщины просто отняли драгоценное время и шанс на выздоровление.

Чтобы исправить ситуацию, израильские врачи прописали россиянке биологическое лечение в сочетании с химиотерапией, так как характеристики опухоли выявили наличие положительных рецепторов ER. Именно с этого и должно было начаться лечение.

И таких случаев, к нашему глубокому сожалению, много. Невозможно объяснить такую ​​«любовь» российских врачей к операциям без необходимых обследований, только после которых можно будет принять решение о методах лечения.

Читайте также:  Можно ли исправить зрение без операции, очков или линз?

Еще один печальный пример неправильного подхода российских врачей – лечение меланомы ненужными курсами медикаментозной терапии.

В то время как современная онкология давно отказалась от применения химиотерапии и интерферона, в странах СНГ до сих пор продолжают назначать небольшие дозы интерферона в качестве профилактического лечения меланомы, несмотря на то, что практика давно продемонстрировала всю несостоятельность этого препарата.

Израильские специалисты, работающие с пациентами, приехавшими, например, из России, до сих пор встречают в заключениях своих коллег назначение Темодала и Декарбазина».

Судя по всему, российские врачи не осведомлены о мировом опыте онкологов, поскольку таргетная и иммунная терапия, ингибиторы BRAF не встречаются в лечении пациентов, которые приезжают в Израиль за помощью.

Запрос:

Рак – это сложный патологический процесс, лечением которого занимается целая команда высококвалифицированных специалистов.

А если есть команда, то нужен лидер, который знает, как умело ею руководить, максимально увеличивая потенциал каждого члена команды для точного и идеального проведения лечения.

Какой бы сильной ни была команда, она вряд ли добьется успеха без опытного и проницательного лидера.

В Израиле программу лечения возглавляет онколог, прошедший многолетнюю специализацию и прошедший все необходимые и очень сложные обследования.

именно он вместе с патологами, хирургами и радиологами определяет основную стратегию и тактику лечения рака.

Отсутствие глубокой и осознанной интегрированной системы мониторинга заболеваний – особенность онкологии в странах СНГ, когда анализ эффективности каждой методики не является неотъемлемой частью терапевтического процесса и после завершения лечения его эффективность не снижается проверено.

Само собой разумеется, что такое «профессиональное» поведение специалистов вызывает большие сомнения. Очень часто врачи меняют одну линию терапии на другую, не убедившись в эффективности предыдущего курса.

Возникает хаос из-за накопления вариаций без учета прогностических факторов. Это не дает пациенту возможности отреагировать на препарат, так как его практически вылечивают непродуктивными методами.

В российских клиниках не проводятся даже базовые анализы крови и доступные диагностические тесты, которые являются основными инструментами контроля и планирования дополнительной программы лечения, а весь возможный арсенал лечебных мероприятий используется бессистемно, а потому безрезультатно.

Подтверждая объективность выводов о состоянии онкологии в России, можно процитировать слова исполнительного директора Российского фонда профилактики рака Ильи Фоминцева: «Если нет финансовых проблем, то лучше лечиться за границей».

Печально, но факт. И все же Фоминцев уверен, что у российской медицины есть будущее .. через тридцать лет, но при условии, что начинать надо сейчас.

требуется консультация врача.

  • ГЛАВНЫЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЕНТР РАКА В ИЗРАИЛЕ
  • НАШИ ОСНОВНЫЕ ОНКОЛОСТИ ЯВЛЯЮТСЯ ОСНОВНЫМИ ВРАЧАМИ ИЗРАИЛЯ

Спасибо, что дочитали нашу статью до конца. Мы очень надеемся, что он был вам полезен. Все подписчики нашего канала (подписавшиеся) имеют право на получение помощи по оплате лечения и диагностики в Израиле. Список преимуществ доступен по этой ссылке

Евгений Селиванов
Главный редактор , anhealth.ru
Более 20 лет нахожусь в медицине. пациенты и коллеги просили делиться своими методиками лечения и выявлением симптомов при заболеваниях в интернете. Так что будьте здоровы вместе со мной!
Оцените статью
Anhealth.ru
Добавить комментарий